Встреча друзей

I

Из собачей посудины вынырнул
Для Пострела лишь видимый Вассерхен
И язык туго свёрнутый в трубочку
Показал вероломно, и спрятался.

Снова дрожь обуяла несчастного,
Встали дыбом курчавые волосы,
И опять колдовство окаянное
Рост Пострела жестоко убавило...
Но зато стала обувь не тесною! (1м 19см)

До футбольной площадки он, крадучись,
Добежал без вранья и без выдумки
И уж там разглядел средь играющих,
Как в боксёрских перчатках и в кепочке
На воротах стоял героически
Его друг и сосед – Петька Зябликов.

«Слушай, Петька!» - к воротам приблизившись,
Стал Пострел подзывать сотоварища.
Обернулся на зов Петька Зябликов.
И в сей миг мяч крылатой ракетою
С силой в левую штангу ударился.
«Не мешай!» - прошипел друг единственный,
Пригрозив зло боксёрской перчаткою.

II

Был Пострел из десятка не робкого
И продолжил: «А я – заколдованный!».
«Сочиняешь!» - скосил недоверчиво
Левый глаз на приятеля Зябликов.

В тот же миг мяч картечиной пушечной
В штангу правую грозно втемяшился.
«Отойди!» - проревел грозно Зябликов
И лягнуть попытался товарища,
Но Пострел оказался увёртливым.

«Я не вру! Если я фантазирую,
– продолжал он отважную исповедь. –
То теряю в длине и в комплекции,
Становясь постепенно малявкою!
А виной тому злобный и вспыльчивый
Старый дед по прозванию Вассерхен!»

Удивлённый столь странною повестью
Развернулся голкипер к рассказчику.
Тут же мяч, круглой мухой упитанной,
В паутину ворот крепко впутался.
«Гол!!!» – вскричали трибуны, а Зябликов
За Пострелом погнался, рассерженный,
Предвкушая расправу кровавую.

III

После долгой погони нешуточной,
От вражды притомились приятели
И сочли, что им в знак примирения,
Нужно съесть шоколадную плиточку.

Подкрепившись, стал Зябликов спрашивать: «Так за что ж ты, Пострел, заколдованный?» И ответил Пострел с беззаботностью, Усыпив шоколадкою бдительность: «Сам не знаю, как это случилося!» (-4)

Тут же лужа, что подле плескалася Цвета серо-чудовищно-грязного, Стала вдруг землянично-клубничною. И со дна на байдарке под парусом Важно выплыл взлохмаченый Вассерхен, И Пострелу махнул бескозыркою. Вновь затрясся обманщик поджилками, Вновь на семь сантиметров убавился.(1м 12см) Как узрел сие верный друг Зябликов, Закатил в небо карие оченьки И на землю бесчувственно брякнулся. А Пострел сделал вывод, что магию Слабонервным смотреть запрещается! IV

«Ну, Пострел, – это ж слава и почести!
– восхищался очнувшийся Зябликов. –
Мы тебя, как вруна и обманщика,
Сможем в цирке за деньги показывать!»

Усмехнулся Пострел с беспросветностью:
«Хочешь стать ты моим импресарио,
Чтоб терял я в размерах на публике?
Так ведь я ж через несколько фокусов
Растворюсь, а тебя пустят по? миру.»

«Это точно – расстроился Зябликов. –
На обмане не сделаешь выгоды –
Жизнь накажет! Скажи мне по-честному,
Не то свалятся брючки от лживости:
Почему все вокруг безнаказанно
Врут да лгут, только ты уменьшаешься?..»

«Ой, привет! Вы откуда здесь, мальчики?» –
Вдруг услышали оба приятеля.
Обернулись они и увидели
Ленку Пенкину, их одноклассницу.
«А я вижу: – продолжила Пенкина. –
Вроде вы’ это. Только мне кажется,
Что, как будто, Пострел слишком маленький?!»

V

Друг на друга взглянули приятели,
А потом вновь на Ленку на Пенкину,
Что стреляла в них синими глазками
И пила пепси-колу из баночки.

Раскраснелся Пострел от смущения, Так как Ленка давно ему нравилась, И изрёк: «Ты иди себе, Пенкина, Неохота с тобой разговаривать!» (-5) – но тотчас, пожалел о случившемся.

Пепси-кольная синяя баночка,
Что в руках находилась у Пенкиной,
Стала красной, почти кока-кольною.
Из неё грозно выбрался Вассерхен
И газетою «Правда» решительно
Стал махать и её рекламировать.

Пронеслася стрелой купидоновой
Дрожь по членам влюблённого отрока,
И Пострел вновь в пропорциях съёжился.(1м 5см)
Тут пощупал перстом его Зябликов
И спросил, удивлённый до крайности:
«Так за что ж ты теперь в наказании?».
Запунцо’вел Пострел пуще прежнего.

VI «Иль глаза мои врут, иль мне кажется, – проницательно вставила Пенкина. – Но Пострел снова в росте уменьшился? Нечто странное с ним приключилося!» «Отойди лучше, Ленка, не спрашивай, Как бы ты ещё хуже не сделала!» – подступил к ней решительно Зябликов. Но бесцельное это занятие – Унимать любознательность женщины.

«Не уйду, пока всё мне не скажете!» – укрепилась в позиции Пенкина. И тогда ей с досадой Пострелушка, Лишь бы только отстала, ответствовал: «Я не ел рыбий жир, кашу манную И овсянку – поэтому маленький!». (-6)

Вновь из той же из ленкиной баночки
Две руки бодро выпростал Вассерхен,
Как клешни у лангуста варёного,
И восторженно стал аплодировать.
Тут язык изо рта из Пострелова,
Трепыхаясь, до пояса свесился.
И опять потерял он в комплекции. (98см)

VII

«Ой, смотрите! - воскликнула Пенкина. -
Так Пострел же у нас заколдованный!!»
Удивились, притихли приятели
И на Ленку безмолвно уставились.

«Как же ты догадалась?» – в волнении
После паузы выдохнул Зябликов.
«Очень просто. – ответила Пенкина. –
Я ещё не к такому привычная:
Моя тётка колдунья, но добрая.

Если хочешь пойдём к ней, проведаем, Ты ей всё объяснишь безутаянно, Выпьешь сок из зелёных кузнечиков, В полночь съешь двух лягушек засушенных, Ухнешь филином и расколдуешься. Но живёт она в дальнем Чертаново. Только, чур, по дороге расскажете, Как Пострел оказался в немилости И за что получил наказание!». «Да!! Я всё расскажу, всё испробую! – возопил Пострелёнок с надеждою. – И лягушек поем, и кузнечиков, Лишь бы снова мне стать расколдованным.»